caenogenesis (caenogenesis) wrote,
caenogenesis
caenogenesis

Category:

Сравнительная анатомия и время

Недавние дискуссии в комментах принесли ту пользу, что я задумался о развитии сравнительной анатомии. Как-никак, одна из самых старых и почтенных биологических наук. Навскидку я думаю, что ее историю можно разделить на четыре этапа:
1. Доэволюционный этап.
Начинается в XVIII веке работами Луи Жана-Мари Добантона, кончается в 1859 году, в момент выхода "Происхождения видов" Дарвина. В этот период идея трансформизма, как правило, или отвергалась сравнительными анатомами вовсе (Кювье, Оуэн), или принималась в достаточно нечеткой форме (Сент-Илер, Меккель). В итоге было сделано много важных открытий, построено много систем, - например, именно в этот период в основном сформировалась классификация животных, которая дальше только дополнялась. Но как раз к середине XIX века подход анатомов-дотрансформистов начал исчерпывать себя: в сороковых-пятидесятых годах они добрались до таких деталей, исследовать которые без четкого представления об эволюции было уже просто невозможно.



2. Последарвиновский этап.
Название довольно условно: значительная часть этого этапа прошла, собственно, при жизни Дарвина, который сам - надо заметить - сравнительным анатомом не являлся. Тем не менее выход "Происхождения видов" вызвал буквально взрыв сравнительно-анатомических исследований, теперь уже чисто эволюционных. Начинается этот этап с работ Томаса Гексли (ими же и продолжается - Гексли работал долго, а главное, невероятно продуктивно). Затем подключаются Карл Гегенбаур, Фрэнсис Бальфур, Рэй Ланкастер, Эрнст Геккель, Адам Седжвик, братья Ковалевские и многие другие, всех не перечислить; сюда же относится и незабвенный профессор Челленджер. Этот период стремительного развития сравнительной анатомии продлился до начала XX века, после чего темп стал несколько замедляться. Наступило очередное "насыщение".



3. Этап изоляции, или в тени двойной спирали.
В начале XX века, с одной стороны, наступило более-менее явное "насыщение", потому что большинство главных сравнительно-анатомических открытий, которые можно было сделать доступными тогда методами, было уже сделано. Одним из таких открытий стало установление происхождения наземных позвоночных от кистеперых рыб - это самый конец XIX века. С другой же стороны, начала активно развиваться экспериментальная эмбриология (она же механика развития), а самое главное, возникла генетика, которая после некоторого периода начальных дискуссий и даже идейной борьбы соединилась с эволюционистикой, образовав знаменитую синтетическую теорию эволюции. Классическая сравнительная анатомия могла бы уже тогда интегрироваться с этими направлениями, породив что-то более интересное. Предпосылки к тому были - например, великий Николай Константинович Кольцов, воспитавший целую группу учеников, ставших потом крупными генетиками, был одновременно великолепным сравнительным анатомом. Однако фактически никакой интеграции тогда не произошло. Более того, люди, имеющие подходящее образование и потенциально способные сделать что-то в сравнительной анатомии, стали массово уходить из нее, предпочитая заниматься более новыми дисциплинами - например, генетикой. Хорошим примером тут служит биография Тимофеева-Ресовского, который, имея прекрасную зоологическую подготовку, сознательно оставил зоологию ради генетики и никогда больше к ней не вернулся (хотя и гордился до конца жизни тем, что он зоолог, да еще и "мокрый"). Те же, кто в этот период в сравнительной анатомии остался, в основном продолжали чисто сравнительно-анатомические исследования в том же методическом русле, которое установилось еще в XIX веке. Примеры таких исследователей - Эдвин Гудрич, Дэвид Ватсон, Эрик Стеншио. Характерно, что когда Стеншио, крупнейший палеонтолог, получил во второй половине 1940-х годов предложение написать статью в авторитетный сборник, озаглавленный как-то вроде "Новые эволюционные идеи", он не нашел ничего лучшего, чем прислать туда описание мозговой коробки недавно открытой палеозойской рыбы. Тех, кто был "не в теме", это нисколько не впечатляло.
Вероятно, такая изоляция сравнительной анатомии от областей биологии, связанных с клеткой, имела объективные причины. Тут показательна судьба великого Томаса Ханта Моргана, который был классическим эмбриологом и сравнительным анатомом, но оставил эти науки ради генетики и в 1920-х годах, по слухам, называл идиотами людей, продолжающих ими заниматься. С другой стороны, попытки наладить интеграцию сравнительной анатомии с генетикой и особенно с биологией развития в тридцатых-сороковых годах были - об этом свидетельствуют работы Ивана Иванович Шмальгаузена и Гевина де Бира; но ни к каким крупным прорывам они не привели. Возможно, сравнительной анатомии было даже полезно какое-то время поразвиваться в изоляции. Этот этап продлился до конца XX века.



4. Современное возрождение сравнительной анатомии.
Оно связано с двумя главными факторами.
Во-первых, биология развития (то есть эмбриология, дополненная генетикой) наконец достигла того уровня, когда ее объединение с эволюционистикой стало не только возможно, но и настоятельно необходимо. В результате возникла целая новая ветвь науки, называемая эволюционной биологией развития, сокращенно эво-дево. Предметная область эво-дево перекрывается с предметной областью сравнительной анатомии очень сильно; всяческие генные сети и генные семейства туда, наверное, прямо не входят, но все, что касается эволюции органов и их гомологий - входит безусловно.

Во-вторых, появилась молекулярная филогенетика. А это означает, что сравнительные анатомы наконец-то обрели ценнейшую, немыслимую ни в какие более ранние времена возможность: получить от молекулярных филогенетиков готовое эволюционное древо с уже установленным родством, а самим заниматься только своим делом: эволюцией органов и планов строения. Раньше такое было невозможно, потому что никаких независимых от сравнительной анатомии способов установления родства организмов просто не существовало. Любому сравнительному анатому приходилось одновременно строить и гипотезы об эволюции органов, и гипотезы о родстве, шаг за шагом проверяя одно по другому. Это было утомительно и часто заводило в тупики. Теперь же сравнительная анатомия получила возможность "эмансипироваться" от филогенетики, став полностью самостоятельной наукой - как в додарвиновские времена, только на другом, так сказать, витке развития.
Tags: история науки
Subscribe

  • Опрос

  • 100

    источник источник Поздравляю с годовщиной рождения величайшего писателя XX века. * * * Когда сын Станислава Лема, Томаш, изучал физику…

  • Цитаты без комментариев

    Мой покойный отец, биолог Сергей Васильевич Аверинцев, кончил в своё время классическую гимназию, глубоко чувствовал музыку латинского стиха и читал…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 23 comments

  • Опрос

  • 100

    источник источник Поздравляю с годовщиной рождения величайшего писателя XX века. * * * Когда сын Станислава Лема, Томаш, изучал физику…

  • Цитаты без комментариев

    Мой покойный отец, биолог Сергей Васильевич Аверинцев, кончил в своё время классическую гимназию, глубоко чувствовал музыку латинского стиха и читал…