caenogenesis (caenogenesis) wrote,
caenogenesis
caenogenesis

Category:

Интермеццо: Кювье

Georges_Cuvier_3

О Кювье так много и хорошо рассказано в книге Плавильщикова "Гомункулус", что даже неловко касаться этой темы. Ну, кратко.
Жорж Кювье, безусловно, был крупнейшим зоологом своего времени. Среди его работ - пять томов сводки по сравнительной анатомии, семь томов исследования по ископаемым позвоночным, четыре тома общей зоологии с трехтомным атласом-приложением, девять томов по анатомии рыб (в соавторстве с Ахиллом Валансьеном) и еще пять томов по истории естественных наук; все это - не считая большого числа статей. Причем все зоологические работы Кювье основаны на изучении объектов, которые он сам анатомировал и рисовал. Это можно сказать далеко не о каждом ученом, особенно при таких широких интересах. Монографию по рыбам Кювье не закончил - он умер всего лишь в 62 года.
Работоспособность этого человека была невероятна. Он был специалистом одновременно по моллюскам, по ископаемым наземным позвоночным и по современным рыбам, не считая других групп животных, которыми занимался эпизодически. Он сделал ряд открытий в геологии. Он блестяще знал историю. Он профессионально рисовал (немаловажное для биолога умение!). Все его научные выводы основаны на фактах, добытых собственноручно; в этом отношении Кювье резко отличается, например, от Бюффона, за которого почти всю работу руками делал Добантон.
Но Кювье никогда бы не достиг такой славы, если бы он только и делал, что описывал конкретные факты. Его ум был примерно в одинаковой мере аналитическим и синтетическим - сочетание, которое встречается гораздо реже, чем может показаться. "Квадрат гения", как сказал по другому поводу Мережковский. Иными словами, Кювье не упускал мелочей, но и не боялся обобщений.
А.А. Любищев однажды предложил хороший термин: мизологизм, "боязнь рассуждения". Любищев был убежден (пожалуй, справедливо), что это распространенный у ученых дефект мышления. Мизологизмом в какой-то степени страдал, например, Ласепед: именно это и отодвинуло его из первого ряда ученых во второй.
У Кювье таких проблем не было.
В каком состоянии находилась система животных к началу XIX века? Известно, что Линней разделил царство животных на шесть классов: млекопитающие, птицы, гады, рыбы, насекомые, черви. У Линнея царства делились прямо на классы, никаких промежуточных ступеней между ними не было. Но жить так зоологам было нелегко. С одной стороны, они прекрасно видели, что у млекопитающих, птиц, гадов и рыб есть много общего между собой. Эти четыре класса складывались в единую компактную группу. А с другой стороны, разнообразие «насекомых» и особенно «червей» было просто чудовищным, в рамки линнеевской системы оно никак не влезало.
Человеком, который сумел навести в этом хаосе хоть какой-то порядок, стал Ламарк. Во-первых, Ламарк разделил животных на позвоночных и беспозвоночных (это именно его термины). Во-вторых, он выделил несколько новых классов беспозвоночных. В системе Ламарка появились, например, такие классы, как полипы, кольчатые черви, паукообразные, ракообразные, моллюски.
Система Ламарка была огромным шагом вперед по сравнению с системой Линнея. Его исследования беспозвоночных невозможно переоценить. Но вот с попыткой построить всеобщую систему животных дело обстояло не так блестяще. Ламарк распределил свои классы по нескольким загадочным «ступеням организации», различия между которыми объяснил довольно туманно. Например, ракообразные и кольчатые черви у него почему-то попали на более высокую «ступень», чем паукообразные и насекомые. Такая конструкция выглядела, откровенно говоря, неубедительно.
Вот тут-то и пригодился Кювье.
Сделаю еще одно отступление. Крупный палеонтолог Н.Н. Каландадзе, много занимавшийся исторической биогеографией наземных позвоночных, всегда говорил: "Историческая биогеография должна начинаться с глобальной реконструкции". Даже если в данный момент нас интересует, допустим, только Австралия или Южная Америка, их не следует рассматривать изолированно ("пришвартовывать куда хочешь"). Чтобы получить связную картину, нужно иметь хоть какое-то представление о том, что происходит в интересующий тебя период на Земле в целом.
Этот принцип применим не только в биогеографии, но и вообще много где. Другое дело, что воспользоваться им не всегда просто. Достижение Кювье в том и заключалось, что он сумел сделать обзор животного мира в целом. И не абстрактно, как делали немецкие натурфилософы, а с твердой опорой на факты. Он вместил в одном сознании всю интеллектуальную цепочку от влажного препарата осьминога, который надо ковырять скальпелем, до публикации общей системы животного царства.
Во-первых, Кювье начисто отказался от ламарковых "ступеней организации".
Во-вторых, он стремился рассматривал не только отдельные признаки, но и взаимосвязи между признаками. Например, Кювье отметил, что у насекомых, с одной стороны, трахейное дыхание, а с другой - незамкнутая кровеносная система (кровь течет не по сосудам, а прямо по полости тела). Трахеи - это пронизывающие тело тонкие трубочки, по которым идет воздух. Таким образом, у насекомых, в отличие от большинства других животных, кислород воздуха доставляется к тканям без всякого переноса кровью. Замкнутая кровеносная система (в которой кровь течет только по сосудам) служит в первую очередь именно для переноса кислорода. При трахейном дыхании она не нужна. Получается, что признаки «незамкнутая кровеносная система» и «трахейное дыхание» связаны между собой. Это типичный образец функциональной связи между органами - корреляции.
Кювье показал на большом количестве примеров, что любой мало-мальски сложный организм буквально пронизан корреляциями. Само по себе это было не такой уж новостью. Например, уже ученые XIV века знали, что рогатые звери лишены резцов на верхней челюсти и при этом имеют сложный желудок (см. великий роман «Имя розы»). Важным и действительно новым было то, что Кювье научился выделять крупные системы корреляций, охватывающие сразу много признаков - вплоть до всего организма целиком. И вот таких систем, охватывающих весь организм, он сумел выделить всего четыре. Они-то и соответствовали планам организации четырех типов животных: позвоночные, моллюски, членистые, лучистые. Наглядное отображение этой системы я уже приводил.
На вершине славы Кювье говорил о себе: «Я всего лишь Перуджино», - имея в виду итальянского художника, учителя Рафаэля. Но оставить такого ученика Кювье не смог. Ни его младший брат Фредерик Кювье (тоже крупный зоолог), ни Анри Блэнвиль, ни Ахилл Валансьен его не превзошли.
Измеренный при вскрытии вес мозга Кювье превосходил средний вес мозга взрослого мужчины примерно на один фунт. Хорошая иллюстрация того, что корреляция между размером мозга и интеллектуальными способностями, видимо, все-таки существует (см. Александр Марков. Анатоль Франс ничего не доказывает).
На картине - Кювье в 1795 году, вскоре после переезда в Париж. Ему 26 лет, и он вовсю работает вместе с Сент-Илером, совершая одно открытие за другим.
Tags: Сент-Илер, история науки
Subscribe

  • Опрос

  • 100

    источник источник Поздравляю с годовщиной рождения величайшего писателя XX века. * * * Когда сын Станислава Лема, Томаш, изучал физику…

  • Цитаты без комментариев

    Мой покойный отец, биолог Сергей Васильевич Аверинцев, кончил в своё время классическую гимназию, глубоко чувствовал музыку латинского стиха и читал…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 3 comments